Что такое субсидиарная ответственность при банкротстве, и как происходит на практике привлечение к ответственности?

Субсидиарная (дополнительная) ответственность контролирующего должника лица при банкротстве – это обязанность по уплате непогашенных требований кредиторов, вменяемая лицу, которое суд признал виновным в доведении фирмы до банкротства. Основные положения о субсидиарной ответственности изложены в ст. 61.11 закона о банкротстве.

К контролирующим должника субъектам обычно относятся руководители подразделений, держатели основной части капитала или акций компании, главный бухгалтер, а также члены семьи уполномоченного лица. Степень вины таких лиц определяет суд, причем для обладателей реальных правовых полномочий (исполнительных директоров) действует презумпция виновности.

Обзор судебной практики

При рассмотрении дел о субсидиарной ответственности суд учитывает не только наличие номинальных полномочий у контролирующих должника субъектов, но и другие их возможности влиять на принимаемые руководством фирмы должника решение. Важным признаком вины является факт получения выгоды от действий должника, приведших к нерациональному использованию заемных средств и нарушению прав кредиторов.

Первый случай

В 2018 году в арбитражный суд Курганской области поступило заявление о признании руководителя П. строительной компании ответственным за непогашенные претензии кредиторов лицом. Сумма всех требований составляла 120 миллионов рублей, величина конкурсной массы – 4 миллиона рублей. В заявлении было подробно описано, что П. за 1,5 года до инициации процедуры банкротства оформил кредит для расширения бизнеса под залог оборотных средств.

Расширение бизнеса при этом осуществлялось за счет возведения неликвидной недвижимости, затраты на постройку которой превысили полученную прибыль, что привело компанию к несостоятельности.

Заявивший в суд арбитражный управляющий требовал присудить П. выплату 116 миллионов рублей плюс судебные издержки и вознаграждение себе и своим помощникам (в общей сумме 456000 рублей).

Рассмотрев дело по существу, суд установил, что:

  • себестоимость неликвидных строений составила 40 миллионов рублей;
  • 7 миллионов рублей были потрачены по сделке, совершенной под влиянием главы юридического отдела А.;
  • нехватка оставшихся средств стала следствием колебаний рыночных цен, предсказать которое было нельзя.

В итоге арбитражный суд признал П. и главу юридического отдела А. ответственными по ст. 61.11 127-ФЗ и присудил им выплаты в размере 40 миллионов и 7 миллионов рублей соответственно.

Второй случай

В 2017 году в отношении микрофинансовой компании было заведено дело о банкротстве в Новосибирском городском суде. На стадии внешнего управления два кредитора МФО подали в суд заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Людмилы Б. – жены держателя 60% акций компании Родиона П.

В заявлении было указано, что в 2015 году Людмила оказала влияние на Родиона и вынудила его принять решение об изменении (упрощении) условий выдачи микрозаймов – автоматическое одобрение или отказы были заменены на принятие решения экспертом, и на данную должность была трудоустроена одноклассница Людмилы. В результате было одобрено множество невозвратных займов, получатели которых фактически нигде не работали и не имели в собственности недвижимости, что привело к банкротству МФО.

По итогам инициированной судом проверки были установлены следующие факты:

  • Людмила получала нелегальные комиссионные с каждого выданного микрозайма в размере 30-50%;
  • часть комиссионных выплачивалось школьной подруге Людмилы за одобрение займов;
  • лица, получавшие заем таким способом, не имели намерения его возвращать.

Таким образом, было доказано получение выгоды ответчицы от влияния на решение держателя контрольного пакета акций, наличие родственной связи ответчицы и должника и факт нарушения прав кредиторов. В итоге суд признал ответчицу и ее помощницу ответственными и присудил им выплатить по 2,5 миллиона рублей в пользу непогашенных требований кредиторов. Людмила подала апелляцию, где заявила о руководящей роли своей одноклассницы в процессе, приложив сканы переписки с ней посредством СМС. В результате апелляционный суд изменил решение суда первой инстанции и снизил выплату Людмиле до 500000 рублей.

Третий случай

В 2017 году было возбуждено дело о банкротстве Межрегионбанка, сумма конкурсной массы была определена как 2,5 млрд рублей, а сумма претензий всех кредиторов каждой очереди равнялась 80 млрд рублей. Было заведено дело о субсидиарной ответственности исполнительного директора банка Д., который в отзыве на заявление указал, что принимал большинство решений по рекомендации главы юридического департамента банка В.

В ходе разбирательства дела было установлено, что глава департамента В. рекомендовал посредством личных переговоров, часть из которых была записана на корпоративный селектор, вкладывать банковские активы в венчурную компанию для резкого роста прибылей. Директором венчурной компании был гражданин К., с которым главный юрист банкротящейся фирмы проходил срочную службу в армии. В результате средства были обналичены через оплату консультационных услуг венчурной компании и поделены между В. и К.

Суд постановил:

  • признать В. и К. ответственными по ст. 61.11 закона о банкротстве и присудить им выплаты в размере по 34 млрд рублей в пользу кредиторов.
  • признать Д. ответственным по ст. 61.12.

Д. смог доказать непричастность к схеме вывода банковского капитала, но при этом оказался виновным в несвоевременной подаче заявления о банкротстве организации.

Четвертый случай

В 2018 году было заведено дело о банкротстве Кировского сетевого магазина автозапчастей. По итогам конкурсного производства кредиторы недополучили около 30 миллионов рублей. Арбитражный управляющий подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности соучредителя торговой сети Б., арендовавшего площади под семь новых торговых точек в малопосещаемых покупателями местах в 2017 году.

Было установлено, что плата за аренду малопосещаемых торговых площадей за год составила более 40 миллионов рублей, а маржинальная прибыль – не более 10 миллионов рублей. В ходе досудебной проверки связи между арендодателем и соучредителем выявлено не было и сторона должника (второго соучредителя) предположила, что целью Б. являлось преднамеренное банкротство организации, так как 90% уставного капитала было получено из заемных средств и сбережений второго соучредителя.

В ходе дополнительной проверки предположение стороны должника подтвердилось – было выявлено обналичивание денежных сумм в размере до 30% от стоимости каждого договора аренды торговой площади, заключенного по инициативе Б. В результате суд признал Б. ответственным по ст. 61.11 и 61.12 и присудил выплату в размере 30 миллионов рублей. Второй соучредитель подал иск Б. и истребовал дополнительно 8 миллионов выведенных с договоров аренды средств.

Дорогие читатели, информация в статье могла устареть. Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему, звоните по телефонам:

Или задайте вопрос юристу на сайте. Это быстро и бесплатно!

Автор статьи
Евгений Бобро
Юрист. Автор статей. Практика договорной работы в сфере недвижимости и закупок.


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

ПОДЕЛИТЬСЯ

6 КОММЕНТАРИИ

  1. Добрый вечер. Я не понял, как это суд устанавливал факты личного влияния? Это ведь не уголовные дела, там следствие с допросами не ведут, или как?

    • Анатолий, арбитражный суд устанавливает факты на основании доказательств, собранных участниками процесса и прикрепленных к делу. Такими доказательствами могут быть и диктофонные записи, и скриншоты переписок…

      • Анатолий, как это арбитражный суд не ведет следствие? Ещё как ведет, особенно при проверке факта фиктивного или преднамеренного банкротства, а это уголовная статья. К тому же прокуратура почти всегда участвует в крупных делах.

  2. Здравствуйте! Мой случай похож на второй – меня обвиняют в том, что я при работе в банкротящемся МФО помогала одобрять невозвратные займы, хотя это неправда. Как избежать преследования?

    • Наина, чтобы обвинить в умышленной выдаче невозвратных займов, должны быть доказательства – записи разговоров и т.д., в противном случае доказать вашу вину сложно.

      • Наина, презумпция виновности по ст. 61.11 в отношении вас, скорее всего, действовать не будет, если вы рядовой сотрудник МФО, а не бухгалтер и не руководитель. Упирайте на свою неопытность, некомпетентность.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here